Прошло уже целое десятилетие, а чётких опровержений фактов, которые противоречат официальной версии до сих пор нет.
Из письма сестёр Татьяны и Алены Морозовой, которые жили в доме на улице Гурьянова в Москве, взорванном 9 сентября:
- 23 сентября 1999 года милиция арестовала трех сотрудников Федеральной службы безопасности (ФСБ), которые пытались разместить в подвале жилого дома в Рязани взрыватель и гексоген – ту же самую взрывчатку, которая использовалась при предыдущих терактах. ФСБ объяснила, что ее агенты проводили "учения" и что в мешках со взрывчаткой на самом деле находился сахар. Расследование было прекращено, а все улики оказались под грифом "совершенно секретно".
- Примерно в то же время российский солдат обнаружил в своей воинской части недалеко от Рязани гексоген в мешках с надписью "сахар". Расследование по этому инциденту так и не провели, а улики были засекречены.
- 13 сентября 1999 года спикер Госдумы заявил о взрыве жилого дома в Волгодонске – до того, как там произошел теракт.
- Марк Блюменфельд, администратор нашего дома на улице Гурьянова в Москве, где затем произошел взрыв, сообщил нашему адвокату и ряду журналистов, что он изменил показания под давлением со стороны сотрудников ФСБ. Представители спецслужб показали ему фотографию чеченца Ачимеза Гочияева, которого он прежде никогда не видел, и под нажимом мужчина "опознал" его как человека, который якобы арендовал у него под складские нужды подвал.
- Фоторобот, составленный по первоначальным показаниям Блюменфельда о внешности настоящего подозреваемого, похоже, исчез из уголовного дела и был заменен фотографией Гочияева. Одновременно адвокат Михаил Трепашкин, сам бывший агент КГБ, сообщил журналистам, что опознал по фотороботу сотрудника ФСБ Владимира Романовича. Позже Романович погиб на Кипре в результате дорожной аварии, причем водитель скрылся с места происшествия, а дело так и не было раскрыто.
- В ноябре 2003 года, незадолго до суда над двумя чеченцами, которых позднее признали виновными в перевозке взрывчатки, использованной при взрывах домов в Москве, Трепашкина арестовали – в его машину подложили огнестрельное оружие. Это помешало ему передать в суд заявление господина Блюменфельда о том, что агенты ФСБ заставили его дать ложные показания. Суд над двумя чеченцами не был убедительным ни для нас, ни для мировой общественности, поскольку он проходил за закрытыми дверями, а правозащитные группы отметили в процессе многочисленные нарушения. Российский суд так и не рассмотрел ни заявление господина Блюменфельда, ни факт замены фоторобота фотографией Гочияева. - Были убиты четыре человека, которые расследовали вопрос о возможной причастности ФСБ к взрывам. Депутат Думы Сергей Юшенков был застрелен в Москве в апреле 2003 года, а через три месяца погиб от отравления его коллега Юрий Щекочихин. Журналистку Анну Политковскую застрелили в октябре 2006 года в ее московском доме, а еще через месяц в Лондоне от отравления скончался экс-сотрудник КГБ Александр Литвиненко. Источник
|